Стоит ли учиться на журналиста

В избранное

В избранном

10 февраля издание «Кольта. ру» объявило об открытии школы гражданской журналистики под руководством двух известных журналистов — специального корреспондента газеты «Коммерсантъ» Олеси Герасименко и бывшего главного редактора журнала «Коммерсантъ-Власть» и издания OpenSpace. ru Максима Ковальского. 11 февраля произошло другое событие в сфере журналистики — стало известно о закрытии крупнейшего уральского информагентства «Ура. ру».

Никита Белоголовцев, бывший ведущий «Дождя»

У меня самое что ни на есть профильное образование: я заканчивал журфак МГИМО. Вообще-то я должен спокойно работать на двух языках (английский и итальянский), но владение языками по меркам родного вуза у меня отвратные.

Образование очень здорово помогает сейчас. Причём это не какие-то профильные дисциплины или фундаментальные курсы. У нас была довольно мощная экономика, хороший курс права. Из гуманитарных — литература у Вяземского и культурология у Легойды (того самого). Это для меня очень важные структурные вещи в знании. Грубо говоря, ты сразу понимаешь, что тебе искать в Гугле. К тому же у нас довольно строго относились к учебе, и слова «Понимаете, я работаю» были, скорее, отягчающим обстоятельством, а не наоборот.

Разумеется, всем профессиональным вещам (кроме самых базовых) учишься уже в работе. Мне совершенно не понятна эта истерия «Не идите на журналистику». Во-первых, с моего отделения по специальности работает, в лучшем случае, 30-40% человек. Во-вторых, когда я поступал на журналистику, я с трудом представлял, чем хочу заниматься и тем более зарабатывать. Да, конечно, нужно понимать риски, но они в том или ином виде всё равно всегда будут. Сейчас мерзотное время для профессии, но что ж, совсем хоронить её теперь?

Олеся Герасименко, специальный корреспондент газеты «Коммерсантъ»

Я училась на филологическом факультете МГУ, моя учительница по литературе посоветовала мне выбрать его, а не журфак, «если я хочу ещё немного поучиться». Я послушалась и не пожалела.

Идти учиться на журналиста пять лет в вузе — идея противоестественная, это прикладная профессия, как шофёр или швея. Чем больше ездишь или шьёшь брюк, тем лучше получается. Чему действительно надо учиться — это перенимать опыт у практикующих корреспондентов. Так построены и американские школы журналистики: практически все программы там длятся не больше 1-2 лет и построены на передаче опыта, а все преподаватели работают в СМИ.

Вопросы вида «Где честному журналисту сейчас работать» вызывают у меня недоумение. В эту профессию идут не за деньгами и не за стабильностью. В моем идеальном мире в журналистику идут фанаты — информации, текста, определённого образа жизни. Поэтому кризис на рынке СМИ только очистит ряды журналистов от людей, которые на самом деле хотят быть политиками, литераторами, шоуменами, пиар-директорами и предпринимателями, а вынуждены ютиться в редакциях. И учиться ремеслу сейчас захотят только те, кто в профессию влюблён и ничем другим заниматься не будет — а мне только этого и надо.

Александр Плющев, ведущий радиостанции «Эхо Москвы»

У меня среднее образование — школа №751 и пять семестров Российского химико-технологического университета. По-моему, это даже незаконченным высшим не считается. Поэтому если что-то мне и могло помочь в работе в медиа, то как раз отсутствие образования.

Это и так, и не так одновременно: я был свободен от каких-то данностей и воспринимал всё, как чистый лист, сразу на практике. С другой стороны, каких-то базовых вещей, общего уровня гуманитарного образования, знаний по мировой литературе и истории мне временами не хватает до сих пор. Но именно из-за отстутствия профильного образования мне ни разу при приёме на работу не отказывали. На НТВ в 1997 году удивились в отделе кадров, но не более того.

Я вряд ли могу компетентно ответить на вопрос, стоит ли сейчас идти учиться на журналиста, потому что я сам никогда нигде на него не учился и я не знаю, как учат. Особенно сейчас, когда нормальные СМИ почти не осталось за небольшим исключением. Кто его знает, может, где-то и нормально учат. Во всяком случае, там, куда меня приглашают выступать и встречаться со студентами (журфаки МГУ, ВШЭ, РГГУ) — вроде бы вменяемые люди, часто очень крутые. И студенты на первый взгляд вполне адекватные. Но я слыхал, что там же преподают и весьма одиозные в нашей отрасли личности.

В любом случае, мне кажется, учиться идти стоит, потому что это реальная возможность попасть на практику или стажировку в хорошее СМИ, например, на «Эхо Москвы». У нас работает очень много народу, оставшегося — точнее, оставленного — после таких практик-стажировок, некоторые учатся параллельно работе. Какое выбрать направление — не посоветую в силу некомпетентности. Это уж вы, ребята, сами.

Юрий Сапрыкин, бывший шеф-редактор объединённой компании «Рамблер-Афиша»

Я заканчивал философский факультет МГУ. Безусловно помогло.

Сейчас — как и всегда, вне зависимости от ситуации в стране — лучше всего получить хорошее гуманитарное образование, а потом идти в хорошую редакцию, где даже выпускника журфака все равно всему научат заново. Поскольку хороших редакций осталось не так много, можно временно заменить это общением с хорошими журналистами в рамках всяческих курсов, лекций и школ — вроде той, что делают Максим Ковальский и Олеся Герасименко.

Андрей Козенко, специальный корреспондент «Медузы»

Я по образованию филолог-лингвист, но это потому что журналистику официально в моём Саратовском госуниверситете не преподавали. Была только группа специализированная. К нам приходила святая (я не шучу) женщина Ольга Борисовна Сиротинина — известнейший в стране учёный, специалист по речевым коммуникациям. Мы брали учебник 1973 года со смысловыми и иными ошибками из газеты «Советская Россия» за 1971 год и эти ошибки разбирали. Мне казалось, что за 1,5 часа пары окна паутиной покрываются.

Помогло мне это, разумеется, не очень. Мой первый же редактор, к которому я пришел на практику, сказал: забудь вообще всё, чему тебя там учили, начинаем заново. Так и вышло.

Всё, что я умею, я получил благодаря отцу-журналисту и нескольким суперредакторам, с которыми я в жизни сталкивался — Васильев, Стукалин, Нагибин из «Ъ». Ну и нынешние мои Тимченко с Колпаковым.

Конечно, учиться стоит, а почему бы и нет. Общая ситуация в стране, сколько я её помню, с разной степенью ада меняется раз в три года. Чего теперь, не работать и не учиться? Да, я не завидую тем, кто в этом году закончит журфаки — не так-то много у них вариантов. Но я не знаю, сколько вариантов у тех, кто сейчас на втором курсе. Их может быть больше — а может быть, будет атомная война, и вообще можно будет не париться.

Андрей Козенко во время волны протестов в декабре 2011 года

Светлана Миронюк, бывший главный редактор РИА Новости

Моё базовое образование — географический факультет МГУ, социальная география. Этот гуманитарный уклон мне, конечно, помог: я занималась организацией работы журналистов по вопросам внешней политики. Эта составляющая — страноведение, которое я изучала в МГУ — мне несомненно помогла. Плюс я училась за границей в Будапештском университете: скорее полезный опыт, чем бесполезный.

По поводу журналистского образования думаю плохо. Время, когда после школы шли на журфак и становились журналистами через пять лет, безвозвратно прошло. Это ментальность наших мам и пап, если не сказать бабушек и дедушек.

По моему опыту, самые лучшие журналисты — те, у кого есть базовое образование в любой области, от экономики до естественных наук. Идеально, чтобы человек какое-то время в этой области проработал. Хорошо, когда базовое образование — техническое или гуманитарное, а второе — журналистское.

Функционал журналиста в «РИА Новостях» — так называемый «микрофон на ножках»: тут услышал, там пришёл и пересказал. С развитием технологий записи и всего остального этот функционал не нужен. Обучаться этому абсолютно не нужно.

Не исключаю единичных талантливых дарований, всё может быть. Я убеждена, что журналистика — это второе, «лишнее» образование. После школы тебя пять лет учат писать и записывать, а тебе нечего рассказать миру, у тебя внутри не так много ни опыта, ни знаний.

Мы делали школу в «РИА Новостях» для студентов из журфака: их ещё год нужно учить чему-то, переучивать. Есть разрыв между тем, чему учат на факультетах в консервативном восприятии журналистики, и той реальной практикой, которая существует в мире. Можете считать, что я жёсткий противник журналистского образования.

Я встречала людей, которые прекрасные журналисты и никакие организаторы, а есть прекрасные организаторы и никакие журналисты — это, например, я (смеётся). Когда мне приходилось брать интервью, я понимала, что есть те, кто получает от этого удовольствие, а у меня это была вынужденная необходимость. Мне кажется, медиаменеджер формируется… Вы знаете, мне вообще-то 47 лет, и я сейчас учусь, получаю MBA в Чикагском университете, получаю знания по финансам, менеджменту, переговорам. Образования, полученного в 20 лет, мне не хватает.

Иван Засурский, завкафедры новых медиа и теории коммуникаций на журфаке МГУ

Образование помогает думать своей головой и разбираться в сути процессов. Например, с точки зрения понимания психологии отношений и богатства человеческих мотиваций художественная литература даёт представление вполне научной обоснованности. Письменные учебные работы научили меня смелости предполагать, обосновывать и проверять идеи, которые я в журналистской работе мог бы не научиться даже формулировать.

Идти на журналиста нужно, уже имея опыт работы и не жалея сил на чтение и написание оригинальных учебных работ. Мой диплом стал моей диссертацией и книгой, хотя и сильно изменился в процессе.

Алексей Венедиктов, главный редактор радиостанции «Эхо Москвы»

У меня образование педагогическое-историческое, заканчивал Московский государственный педагогический институт имени Ленина. Гуманитарное образование — даже советское — мне безусловно помогло и продолжает помогать. Оно приучило меня работать как историк — с первоисточниками, а не со вторичным материалом. Это важное умение.

Но умению брать интервью гораздо больше меня научила работа в школе, моя первая профессия. Как ты ученика вытягиваешь с двойки на тройку, так и у интервьюируемого пытаешься вытянуть что-то, что он знает, но не говорит.

Хотя приёмы изучения информации одинаковые, не важно, где это было — в Древней Руси, Средневековой Франции, в Арабском халифате или в XXI веке. Умение сравнивать эти источники и искать в них противоречия — это базовое образование историка.

Я с недоверием отношусь к термину «гражданская журналистика», не понимаю, что это такое. Он меня отталкивает профессионально: гражданский врач, гражданская балерина? Единственное, что меня устраивает — это гражданская жена, но до этого ещё не дошло. Это всё равно что-то вторичное. Либо ты журналист, либо ты не журналист.

Но учиться, конечно, надо. Если курсы научат работать с источниками, задавать вопросы и применять свои знания, то это надо только поддерживать. А если это только для того, чтобы получить звание «гражданский журналист», я лишь пожму плечами и отойду в сторону.

К сожалению, факультеты журналистики сильно и быстро отстают от развития журналистики вообще. Сейчас гораздо важнее общегуманитарное образование, плюс компьютерная грамотность, плюс умение ориентироваться в информации — вот этому надо учить. Когда ко мне приходят наниматься люди, я не спрашиваю их, какой факультет они заканчивали — я спрашиваю, сколько языков они знают, как у них с компьютерной грамотностью и как они работают с информацией. А Физтех, МГИМО, журфак московский или дальневосточный — меня совершенно не интересует.

Андрей Коняев, основатель издания о науке «Образовач»

По образованию я математик. Так в дипломе и написано. Закончил мехмат МГУ имени Ломоносова. Математика учит мыслить структурно, поэтому образование помогло.

На журналиста идти учиться не стоит. Журналистика — это не та профессия, которая заслуживает того, чтоб на неё учиться пять лет. Вообще, всему, что нужно, можно научиться года за два. Я бы предложил сразу идти куда-то работать (если бы было куда), то есть учиться на практике и у профессионалов.

Андрей Коняев на форуме «3D-журналистика»

Игорь Белкин, сооснователь SMM-агентства «Мохнатый сыр»

В журналистику я попал почти случайно, если можно назвать журналистикой газету факультета иностранных языков МГУ имени Ломоносова. На первом курсе меня призвали помочь с вёрсткой, потом я потихоньку втянулся в редактуру и написание текстов. К счастью, прочитать их нигде нельзя, потому что я больше чем уверен, что они были полное говно.

В «Ленту. Ру» я попал, в общем-то, без профильного образования, более того — без образования вообще. Я был на третьем курсе, когда меня после очередного письма в редакцию позвали «пообщаться». После собеседования я точно решил, что выбор очевиден и пошел работать в «Ленту». Диплома я так и не получил.

Насчет «стоит ли идти на журналиста» — ответ смотрите в журнале «А *** его знает». Если душа лежит — конечно. Обстановка для профессии, мягко говоря, не самая подходящая, если вы хотите спокойно и честно делать свою работу. Неспокойно и честно или спокойно, но с элементами отработки нужной заказчику повестки — это сколько угодно.